France

 от И.И. Рабиновича

17.00. Зарегистрировались. Сдали 140 кг багажа, осталось ещё три раза постольку, если не больше.

17.30. Приехал Саша Бородин с послами и выдающимся путешественником и альпинистом Питером Хилари. Слава Богу, на них можно повесить перегруз. Оказалось, что не весь - содрал таки с нас Трансаэро 1000 у.е. за лишний вес. Всё начинается с денег и кончается ими. Как говориться первым делом надо решить вопрос Высоцкого, а именно: "Где деньги, Зин?" Слава Богу, как всегда помогла Администрация Чукотки. Именно этим неравнодушным к истории России и истории своего края людям мы все обязаны тем, что экспедиция вообще оказалась возможной и сейчас, и в 2004 году. Руководство Райффайзен банк Австрия тоже не оказались в стороне. "Мы работаем в России, и все, что связано с культурой и историей этой Великой страны нам не безразлично" - именно так можно характеризовать их благородный посыл. Страховая компания Стандартрезерв смело взяла на себя риски подводных спусков. Ребята из Peli с перового дня поддерживали нашу экспедицию и сейчас тоже существенно помогли. А компания Юнион, та, что торгует водолазным снаряжением от SCUBAPRO, не только доукомплектовала нас снарягой, но и сами были готовы ехать в экспедицию. Однако, к сожалению, в связи с переносом сроков, не смогли.
Но и вся наша солидная команда партнеров ничего не смогла бы сделать, если бы не настойчивость и целеустремленность Олега Николаевича Кожемяко - губернатора Корякии. Но Олег Николаевич - участник "Челюскина-70" еще 2004 года. И тогда в 2004 году он ответил на вопрос журналистов из НТВ, что поиски Челюскина будут продолжены обязательно. И сдержал слово - мы ещё в Домодедово, а СРТМ "Рогачёво" уже входит в Анадырскую бухту.
19.30. Боинг 767 взмывает в Домодедовское небо. Дальше 9,5 часов пытки сервисом без никотина: кроме Михайлова все курящие.

11 сентября. Время чукотское. 14.15.

Боинг коснулся полосы Анадырского аэродрома. Аэропорт новенький, с иголочки - прям как на Аляске, туалеты лучше домодедовских, жаль только тележек багажных ещё не завезли.

Агент - очаровательная брюнетка Танечка не заставила нас ждать долго, по чукотским меркам времени. Наконец она приезжает за нами на Уазике - буханке с двумя рядами сидений, уместились все, до отказа набив кузовок. Почти без приключений с помощью баржи добираемся до города и едем в порт.
А вот и наш пароход СРТМ "Рогачёво" стоит у стенки ждёт нас. Нас встречают радушно, багаж, кроме личного, бережно размещают в трюме. Каютки маленькие, но уютные. Нам с Михайловым достаётся двухместная келья, ребятам трёхместная, к ним подсядет тележурналист с Анадыря. Кэп (Сан Петрович - симпатичный голубоглазый, почти двухметровый крепыш с пушистыми рыжими усами - прямо кэп из энциклопедии) зовёт ужинать, но скорее это банкет - коньяк, морские деликатесы: трубач, мидии, кальмары - Пьём за успех нашего дела: ох, и вправду удачи нам бы поболе! Появляются анадырские телевизионщики - две девушки и два парня, идти с нами должны были девушки, но идут эти ребята. Всё бы хорошо, но нет пока разрешения на отход - какие-то сбои между Москвой и Владивостоком.

12 сентября.

Разрешения на выход нет и нет. Проснулся Владивосток - молчание, ждем, когда проснётся Москва. Кстати, из всех сотовых монстров здесь работает только МТС, мой Билайн молчит как рыба. Прошёлся по Анадырю - хорошеет с каждым годом!

С моря вчера он гляделся ярким многоцветным пятном на фоне бурых осенних сопок. Теперь иду по улице с яркими магазинами и кафешками, люди одеты не хуже москвичей, женщины в изящных сапожках, правда ещё не зима и всё жё...
Надо же, какой собор поставили, что твои Кижи! Всё резное, дерево золотиться под янтарным лаком. Заглянул в магазин - купил тройник-переходник с нашего на евро, на пароходе все розетки наши, а зарядники в фото, видео, ноутбукам с евровилками. Зашёл на радио Пурга - предупредить, чтобы никакой шумихи, ведь всё равно они будут сообщать. Обедал у Алёны Вакарик, редактора местного радио, ел мантак - вяленую китовую кожу со слоем сала.
Вернулся на пароход, разрешения нет, нервничаем, Михайлов всё время бегает звонить по всем чиновникам, гражданским и военным. Команда от нечего делать пытается приручить евражку - чукотского суслика - их много околачивается в порту. Евражка идёт на контакт охотно, набивает за обе щёки семечки, сухари и всё утаскивает в своё логово под контейнерами - у него тоже северный завоз.

13 сентября (время корабельное).

7.30. Молниеносный выход в город за памперсами - забыли купить. Это совсем не смешно, там, на пятидесятиметровой глубине температура солёной воды Чукотского моря может быть отрицательной, а времени у водолазов в обрез - тут не до пиетета и приличий. Памперсы нужного размера нашлись в третьей по счёту аптеке, на такси, праворульной Тойоте кубарем скатываюсь в порт, и через 10 минут отваливаем.
9.30. На берегу возня с отдачей чалки, обмен крепкими комплиментами боцмана с берегом, и мы начали последний этап пути к тебе, Челюскин.
10.00. Берега пропали из виду, и Берингово море показывает свой характер, ветер крепчает час от часу, волны тоже, качка становится всё ощутимей. Хорошо, что успели закрепить всё оборудование в трюме, а в каюте у Саши и Лёши летает табуретка, у нас бутылка с минералкой. Укрощаем разгулявшийся инвентарь и пытаемся бороться с морской болезнью. В общем, жить можно, только перемещаться с непривычки трудно и всё время тянет спать. Спим. Подъем, пробежка по коридору, недолгая борьба с массивной дверью гальюна и снова по стенке шнырь в каюту, плюхаешься на шконку, задевая за острый угол стола, всуе поминая Бога и мать, и снова сон "на свежем воздухе" - иллюминатор отдраен, но вот волна набрала новую силу и мы закупориваемся наглухо.
11.30. Обед. Он по-прежнему великолепен, но все воспринимают это великолепие по-разному. Перед обедом принимаю таблетку от качки, так, на всяк случай, для профилактики. Высовываюсь на улицу, пытаюсь снять это безобразие - кадры неубедительны, не передают ощущения мизерности физических возможностей человека. Время не помню. Чуть полегчало, и пытаюсь работать, сидя в кают-компании. Делаю неприятное открытие: наша старая посудина (30 лет для СРТМки возраст почтенный) как матёрая шлюха не только покачивает бёдрами, но и лихо виляет задом - в корме качает сильнее, а кают кампания на корме. Шикарный ужин выливается в игру с тарелками и кружками. Едва успеваю поймать банку с сыплющимся растворимым кофе. Здесь всё надо сразу закрывать и наливать неполную кружку.
После ужина сон. Спим всей группой вместе с притихшими телевизионщиками. От такой диеты: "поели - поспим, поспали - поедим", пожалуй, скоро и в каюту не пролезешь.

14 сентября.

Качает по-прежнему. Прогноз на Берингов пролив неутешителен. Визит в гальюн в качку - поистине акробатический этюд. Но нужда, особенно немалая, всему научит. Освоен и этот цирковой номер. Перед обедом консультируем боцмана на предмет изготовления лабораторной мебели, он делает столик для двух ноутбуков, которые будут подключены к поисковому оборудованию. Согласовав ТЗ на столик, обсуждаем с ним проблему флагов наших спонсоров - они должны гордо реять над нами в процессе поисков, что должно быть зафиксировано на фото и видео: деньги любят и счёт и отчёт. Однако решаем повесить всё это рекламное великолепие только после удачного завершения поиска - пуганая ворона куста боится.
Слава Богу, немного поутихло. Идём мимо Провидения. Какой-то погранначальник с Провидения радирует: "Стой! Кто идёт?". Получив в ответ номер разрешения, успокаивается. Вспомнился анекдот: Скажи парол! - Парол! - Проходи!
После ужина, как всегда обильного, в кают-компании крутим кино - фильмы Серёжи Холошевского об экспедиции 2004 года и о поездке в Исландию. Наш фильм о 2004 годе есть только на ноутбуке у Алексея, а я второпях забыл диск дома. После кино болтаем, пришёл кэп, погода по курсу хорошая на точку прибудем завтра в 15 -17 часов. Так устали от спанья, что проболтали до 4.30 утра. Хотели выпить чаю, но мой новый кипятильник имеет такого папу, что маму подобрать к нему невозможно - ни наша, ни европейская розетка не поддаются. Европейку уломали, в конце концов, где уж ей коня на скаку остановить.

 

15 сентября (время корабельное). 7.30.

Завтрак. Спали мало. К качке привыкли. К тому же она умеренна. Прибытие на точку ожидается в 15-17 часов.
14.00. Прибыли на точку: солнце, полный штиль, на воде сидят бакланы и глупыши. Море голубое, как в Севастополе 6 дней назад. Начинаем собирать и готовить "рыбу" к боевому крещению. "Рыба" - это подводный сонар, бьющий в обе стороны по 400-500 метров. Блестящий цилиндр диаметром с руку и ростом метра полтора с круглой как у кефали головой и маленьким оперением сзади он набит внутри хайтеком для работы и, ох, какой, стоимости и залит свинцом для тяжести. Оказывается, секрет алхимии прост - берешь свинец, везёшь через полмира, платишь авиакомпании за перевес, и он превращается в золото.
На нашу золотую рыбку накинута уздечка, через которую пропущена вожжа - стометровый кабель - за него рыбу тянут за пароходом, по нему же и управляют. Первое же испытание, ещё на палубе, показывает, что наша красавица крива на один глаз - видит только влево или только вправо. Звоним по спутнику продавцу в Москву. В Москве 7 утра, и жена (или подружка) продавца говорит, что тот занят. Самые сальные предположения о роде его занятий. Меняем клеммы местами, меняем плату, промываем и протираем контакты - эффект нулевой. Выбившись из сил, принимаем решение: запускаем одноглазую за борт - одним видит, и то хлеб, правда, работать будем вдвое медленней, чем предполагалось, а погода в Арктике осенью может испортиться в любой момент, и каждый час на счету.
Начинаем нарезать галсами намеченный квадрат, здесь должен быть Челюскин. Да ничего он никому не должен этот заколдованный Сёма Челюскин, в памяти ещё свежи прошлогодний наш афронт и злобное ехидство недоброжелателей. Нет, в этот раз только на щите или со щитом. В случае провала прямо хоть переезжай на ПМЖ на Чукотку, женись на чукчанке и остаток дней посвящай поиску коварного невидимки.
Елозим по квадрату - кэп ведёт тяжёлую СРТМку (полста метров длины) как жигулёнок на фигурном вождении - точно и без огрехов. Но на экране компьютера тишь да гладь, один, второй галс на самом малом ходу, но не останавливаясь: на большой скорости рыбка воспаряет к поверхности и плохо видит, остановишься - плюхнется на дно, что нежелательно –  может и вовсе скапутиться одноглазая.
В радиорубке, где сгрудилась наша команда и моряки, раздаются нервические смешки. Глаза слипаются, иду в каюту и, рухнув на шконку, мгновенно засыпаю. Снится всякая гадость и ухмыляющийся Семён Челюскин.
22.00. Вскакиваю, будто укололи иголкой - в каюте Лёша Михайлов, глаза на выкате, понимаю, что рыба зацепила нашего друга Семёна. Прыжками по трапу и в радиорубку: пишет компьютер, рисует пароход - различимы даже бак и корма. Утюжим это место - во всех направлениях, и эхолот прощупывает дно, наконец-то уверенно рисуя рыжий бугорок. Неужели эта закорючка в полпальца размером и есть тот пароход, который снился нам последние три года. Правда, в натуре он 13 метров в высоту, остальные 4 метра покоятся в придонном иле.